Рейтинг@Mail.ru

13.04.2013

13 апреля — День учителя русского языка

Педагогический марафон 2013

Новости из тех высоких сфер, где рождаются и трансформируются правила сдачи ЕГЭ и ГИА, по-прежнему во сто крат более востребованы, чем информация о лингвистических тонкостях или дидактических подробностях.

Поэтому большая часть участников предпочла начать свой профессиональный день с лекции «Особенности государственной итоговой аттестации по русскому языку в 2013 году», которую читала Ирина Цыбулько, кандидат педагогических наук, ведущий научный сотрудник ФИПИ. Она рассказала собравшимся об изменениях в заданиях, заверив, что все они направлены на гуманизацию процедуры: «Давайте вернемся к ребенку!».

С этой целью был составлен «словник», в котором собраны слова, которые можно будет встретить в заданиях. Те, по поводу которых нет разночтений в словарях. В этом году - по поводу орфоэпических норм, в следующем появится подобный список паронимов.

Большой интерес вызвал комментарий к заданию С1, в котором ученик должен отнестись к позиции автора текста: согласиться или оспорить ее, приводя аргументы из своего читательского или жизненного опыта. Читательский - в балльном выражении «дороже». Ведущая отметила, что встречаются ошибки при оценивании, когда проверяющий считает, что два аргумента из читательского опыта приводить нельзя. На самом деле можно, но нужно еще и из жизненного.

Даже горячим сторонникам ЕГЭ стало ясно, что часть С стала предметом клише. Однако «клише не так плохо», - считает Ирина Цыбулько, - для плохого и среднего ученика.

Школьникам позволено даже формулировать проблему «в той или иной форме», причем, в любой части сочинения. Бывает так, что эксперт, не найдя ее в первой части, ставит ноль баллов. Однако, рекомендовано: «искать, пока не найдешь», то есть, не убедишься, что ее нет во всем тексте.

Почему же дети не умеют формулировать проблему? Ведущая объяснила: пособий сейчас слишком много, каждый пишет что хочет, но далеко не каждый учит ставить проблему так, как это считают правильным эксперты. Ведущая порекомендовала такой подход: выделяя проблему, подумать, «зачем написан этот текст».

По поводу минимальной границы было объявлено, что ее достигнут те, кто наберет 36 баллов по стобалльной шкале. Впервые это было определено накануне учебного года. В целом ведущая прокомментировала изменения так: «Кажется, что критерии стали жестче, но они стали объективнее».

ГИА в этом году тоже претерпела изменения. Текст задания С1 теперь будет предъявляться в виде аудиозаписи. Причем задание «прослушайте текст...» будет озвучено женским голосом, а сам текст прочитан мужским. Прежде всего, чтобы ученики не думали, что «прослушайте текст...» - это начало самого текста и не начинали свое изложение с этих слов. Такие прецеденты бывали.

Теперь еще одной заботой школы станет обеспечение оборудования для транслирования записи. Когда ученики слушают аудиозапись, а не живое чтение учителя, считает Ирина Цыбулько, результаты только повышаются. В частности, от того, что педагог, стремясь помочь детям, читает медленнее профессионального диктора, а дети медленное чтение воспринимают хуже.

Готовя детей к изложению, нужно им объяснить, что в тексте должно быть строго три абзаца. Не больше, не меньше. Орфографические словари, которыми можно пользоваться на экзамене, лучше выдавать на том этапе, когда ученики проверяют свои изложения.

Учителя, которые старательно конспектировали все рекомендации, узнали, что составители КИМов не останавливаются, улучшая их качество: «Какое хорошее задание С1, - скажете вы через год», - обнадежила участников марафона ведущая. А вот по поводу перехода к метапредметным требованиям и к возможности введения курса словесности Ирина Цыбулько такой уверенности не выразила.

Тему проблематичности создания подобного курса, продолжил Сергей Гиндин, заведующий кафедрой теоретической и прикладной лингвистики РГГУ, научный редактор журнала «Русский язык - Первое сентября» на лекции «Единый курс словесности: значимая цель или анахронизм». Рассмотреть этот вопрос его спровоцировало высказывание А.Архангельского в СМИ о том, что скоро в старшую школу введут единый курс словесности, а в качестве экзаменационной работы нужно будет писать эссе. «Впрочем, толки об объединении русского языка и литературы ходят давно».

В какой степени это оправдано? Да, в дореволюционной гимназии давали превосходное образование и преподавали курс словесности. «Но целесообразно ли его воскрешать?». Отвечая на этот вопрос, ведущий предложил участникам марафона обратиться к истории. До XIX века в российской школе преподавали грамматику (систему языка) и риторику (речь). Впоследствии место риторики заняла словесность, которая вошла в язык литераторов и ученых. Смысл понятия менялся.

Если же вернуться к насущной проблеме обучения школьников, то, по мнению ведущего, за курсом языка, как системы, должен следовать курс языка, как деятельности. То есть, курс русского языка в старших классах должен быть автономным. Дети сначала узнают, какие бывают тексты. И только после этого можно учить школьников составлять собственные и понимать чужие тексты.

Эссе, предлагаемое в качестве итоговой работы, тоже было рассмотрено в исторической перспективе. Придя из английского, оно произошло от слова «опыт». Это текст, в котором обсуждается некий вопрос или ряд тем. Иными словами, загадочное иностранное эссе - не что иное как наше отечественное сочинение. «Фактически мы привозим самовар в Тулу» и думаем, что учим школьников писать как Монтень. В действительности более актуально научить детей писать бытовые и деловые тексты. Это в первую очередь должно войти в курс. Но не в курс словесности, а теории лингвистики текста.

В частности, некоторые законы построения текста ведущий показал на двух отрывках. Один - аннотация книги по палеонтологии, в которой половина слов не специалисту непонятна. Однако жанр текста и его «архитектура» очевидны. Для сопоставления было предложено объявление на двери диспетчерской: «Сотрудник вышел. Ключи в ящик. Буду через 15 минут. Кафе на пятом этаже. Спасибо!». В этом шедевре объявленческого искусства все слова знакомы, но будучи собранными вместе, они не могут рассматриваться как текст.

Участники марафона, которых интересовали не перспективы введения новых курсов, а проблемы преподавания существующих, отправились на мастер-класс «Эффективное использование возможностей презентации на уроке русского языка в школе», который проводила Елена Иванова, доцент кафедры теоретической и прикладной лингвистики РГГУ, редактор журнала «Русский язык - Первое сентября». Здесь были продемонстрированы возможности программы PowerPoint для создания эффективных и увлекательных заданий. Это «легко, удобно, наглядно».

Например, можно составить словарь с использованием изображений. Чтобы пользователь понимал, как выглядит предмет, называемый искомым словом. Такие живые, интерактивные словари - прекрасная тема для проектной работы.

Возможности мультимедиа значительно обогащают арсенал учительских средств. Например, при проверке: ребенок может сверить свою работу с правильным вариантом, появляющимся на мониторе. Это дает возможность двигаться последовательно, в индивидуальном темпе и не подавляет ученика обилием исправлений, сделанных красной ручкой.

Можно предложить классу обучающую игру. Из предложения, появившегося на экране выбрать прилагательное, поставить в определенную форму (род, число, падеж). Это будет первым словом загаданного предложения. Второе слово берем из второго предложения, всплывшего на мониторе, ставим в нужную форму. В итоге должна получиться фраза - и результат, и тест на правильное выполнение всех этапов.

Еще один пример компьютерного задания - наглядно показать, как с помощью разных суффиксов образуются разные части речи. Одним словом, переводя в цифровой вид упражнения, «можно придать радость, интерес, живость и пользу многим простым заданиям».

Кроме того, компьютер дает возможность встраивать отдельное упражнение или урок в неизмеримо больший контекст, выстраивать протяженную логическую цепочку. И преодолевать тем самым недостатки клипового мышления. Ведущая привела в качестве примера урок, где основой для упражнений были взяты тексты Маршака. Но современные дети почти не знают его стихов и сказок. Поэтому за пределами урока можно предложить соответствующие видеоряд и аудиозаписи, к которым ребенок при желании может обратиться.

Подобный подход хорошо бы использовать и при работе над проектами. Качество их сегодня оставляет желать лучшего. Ребенок, например, иллюстрирует стихотворение Б.Пастернака «Снег идет» фотографиями. Эффектными, красивыми, но не имеющими связи ни с эпохой, ни с поэтом. Учитель же может подсказать осмысленный ход: подобрать, к примеру, иллюстрации художника, которого любил автор стихов. И обогатить тем самым содержание, вписать его в культурный контекст.

Проектная работа - особенно благодатная форма для выстраивания связей, осмысления. Этому был посвящен семинар «Педагогическое проектирование учебного процесса в соответствии с требованиями ФГОС», который провел Андрей Нарушевич, кандидат филологических наук, заведующий кафедрой русского языка Таганрогского государственного педагогического института им. А.П. Чехова. Он рассказывал о принципах проектной работы, которые помогают и учителю, и ученику построить замысел и воплотить его. В качестве примера ведущий продемонстрировал проект, сделанный белгородскими коллегами: портрет (словарь) одного слова. Идея на редкость проста и хороша: разбившись на группы, собрать из всех доступных источников информацию о выбранном слове и объекте, которое оно обозначает. Лексикографическую, этимологическую, литературоведческую, этнографическую. Каждому направлению соответствует страница словаря. В приведенном случае работа строилась вокруг слова «конь»...

Действительно, проектный способ мышления хорош тем, что позволяет интегрировать множество способов и массу сведений в осмысленную и результативную деятельность. Тогда каждый элемент, в том числе, например, и разноплановая информация, полученная на Марафоне, займет свое место в профессиональной работе.

Елена Куценко
ЕГЭ

Рубрики


Темы


Регионы


Источники


Марафон